Аннонсы

"Академия Магии или всё по фен-шуй" - завершено!

Полную версию романа можно приобрести на ЛитЭре

 

"Княжна-подменыш" - начинается новая история

Следить за выкладкой проды можноа на ЛитЭре

Часть 1.2

Через неделю поручать работу в доме нам перестали. Рузель отдала девочкам распоряжения, а нас обошла. Я прикусила губу, а Глая еле сдерживала улыбку. Откуда такая уверенность? Рузель подошла к нам.

- Сегодня у вас день отдыха. Приведите себя в порядок, сходите в купальню, я пришлю вам помощниц. А сейчас берёте свои вещи и идёте за мной.

Нас переселили в маленькую спаленку в противоположной части женской половины дома. Ковёр на полу был богаче, ворс толще, а в стенах имелись три ниши. Единственное, что было прежнем, это матрасы на полу и жаровня с углями в центре комнаты.

- Завтра вас отведут к учителю, - сообщила Рузель и оставила нас одних.

Глая вскинула голову, и в глазах её светилась победа. Она широко улыбнулась, рассмеялась и сказала:

- Да!

- А не рано ты празднуешь?

- Ничегошеньки ты не понимаешь, - хмыкнула она, а затем скомандовала, - Бегом в купальню. Учителю должно быть приятно с нами общаться.

Я последовала за Глаей. На неё посмотреть, когда она не скрывается, так настоящая Распорядительница. Уверена, что она и обучение прошла полное. Я-то едва грамоту знаю, пишу и читаю с трудом, а она молодец.

Узнав об этом, педагог схватился за голову.

- У нас всего десять дней. Вот, как? Как за этот срок слепить что-нибудь приличное?

Я почувствовала себя виноватой. Раньше учиться я не стремилась. Теперь поняла, как ошибалась. Евнух покачал головой.

- Будем чередовать обучение этикету и уроки. Начали. Поклоны.

Бедная моя спина. И бедная моя голова. Учитель показывал основы учёта, ведения документов, заставлял решать задачи про деньги. С этим было особенно тяжело.

- Ты дура? Она дура? – спросил он у Глаи, которая сидела за Большой храмовой книгой. Её моё значительное отставание раздражало, слишком много внимания доставалось мне от педагога в ущерб ей.

- Она просто ни разу не видела денег, вот и не понимает.

- Я видела, - возразила я, - Когда господин с отцом за меня расплачивался.

Евнух схватился за голову.

- Чему? Чему я тебя учил? Служанка, даже распорядительница, не смеет говорить, пока её не спросят. Даже Хозяйка не может!

Я понуро опустила голову, а внутренне сжалась. Еще один-два таких промаха, и евнух пойдёт к господину. Меня не подарят Лорду-Принцу. Учитель вздохнул, отобрал у меня тетрадь и заговорил совсем другим тоном:

- Смотри на меня, деточка. Служанка должна быть сильной, здоровой, а ты, представь себе, заболела. Ты должна будешь заплатить, чтобы тебя не выдали, понимаешь? А для этого ты должна научиться обращаться с деньгами. Ты должна очень хорошо знать, что и сколько стоит.

Я захлопала глазами, а Глая фыркнула. Я протянула руку за тетрадью. Учитель обрушил на меня очередное открытие, потянувшее за собой второе: чтобы платить монетой, её нужно иметь. По праздникам в любом богатом доме господин приходит на женскую половину дома с ларцом, и рассыпает из него монеты. Я не понимала толком, зачем служанки остервенело бросаются их собирать, а мне, дочери, и не полагалось со всеми по полу ползать. Я подавила очередной вздох.

Под грузом новых знаний день отъезда настал как-то незаметно. Учитель ждал нас в коридоре, а не как обычно в комнате занятий. Мы исполнили поклоны, а он мрачно окинул нас недовольным взглядом и заставил повторять: как приветствовать Лорда-Принца, как Хозяйку, распорядительницу, старшего евнуха.

А затем нас отвели к господину. Я шла и кусала губы. Моя жизнь вот-вот снова перекувыркнётся, и всё будет опять непонятно и страшно. Я бы попросила господина оставить меня в доме служить ему, но ему слуг хватало, меня он купил у отца для перепродажи, и не было причины, что заставит господина передумать.

- Девочки, - сказал он с доброй улыбкой, подарил каждой из нас по серебряной монетке, - я дарю вас Лорду-Принцу. Завтракайте, соберите вещи, и ваш учитель вас проводит в повозку.

Более важным Глая посчитала взять вещи. До нашей спальни мы бежали. Глая скинула выданное здесь серое платье и надела своё. Я последовала её примеру. Переодевшись, запрятала монетку в карман, подхватила подаренную господином ткань. Я была готова. Глая тоже. Правда, имущества у неё оказалось побольше. Ткань, в которую она закутается пред выходом, Глая перекинула на локте, а остальные вещи сложила в платок, завязанный узлом. Пушистый кулёк получился.

Прощальный завтрак на кухне. Эйра пожелала нам удачи и сунула мне в руки свёрток с едой в дорогу, крепко обняла и шепнула в ухо:

- Диаль, ты не смотри на свою змею-подруженьку. Не ищи высот, падать больно. Лучше постарайся, чтоб тебя направили бельё сортировать, за свечами следить, но не поломойкой и не прачкой.

Эйра отстранилась и быстро вытолкала нас  из кухни.

- Что она тебе там шептала? – весело спросила Глая.

Глазастая.

- Советовала, на какую работу лучше выполнять. Свечами заниматься….

- Приврала тебе Эйра. Из простых работ лучше всего быть служанкой на кухне, потому что всегда сыта и всегда в тепле.

Я моргнула и возражений не нашла. Да и разговор затих. К нам подходил учитель. Мы почти одновременно закутались с ног до головы и последовали за ним. Нас ждала кибитка, запряжённая двумя лошадками. Кучер и ещё одни мужчина, наш сопровождающий, как раз занимали места. Глая потянула дверцу и первой залезла внутрь, усевшись по ходу движения. Мне оставалось сеть против хода. Эх, опять ничего не увижу: обе лавки низкие, окно зарешёченное. Глая насмешливо фыркнула, и меня впервые по-настоящему царапнуло её покровительственно-презрительное отношение. Впрочем, она была права: я от неё сильно отставала.

Повозка тронулась. Глая счастливо щурилась, а я чувствовала себя лишней, она же чуть ли не замурлыкала, потом поймала мой потрясённый взгляд, пожала плечами и замолчала, а потом и вовсе нахмурилась, привстала, оперлась на стенку повозки, отделявшую нас от кучера и сопровождающего, чуть пробежала по ней пальчиками и вернулась на место.

- Если говорить тихо, нас не услышат, шепнула она. Я так счастлива, - кажется, Глая готова поделиться своими восторгами со мной.

Я улыбнулась. Глая продолжила:

- Я тут услышала. Нас везут в Малый дворец, представляешь?

- Так ясно, что к Лорду-Принцу везут во дворец, какая разница в какой?

- Это величайшая удача, - возмутилась Глая.

- Да.

Подруга постучала пальцем мне по лбу, потом махнула рукой и тяжко вздохнула.

- Ещё недавно Лорд-Принц жил в Большом дворце при Лорде-Повелителе. Такие вещи следует знать.

 Учту, но по-прежнему не понимаю. Глая выдала ещё более тяжкий вздох, цыкнула и принялась объяснять. А я чувствовала себя великовозрастным несмышлёным ребёнком, которому умная няня вынуждена объяснять прописные истины. Вот если бы не Глая, не бывать мне во дворце. Тут я впервые подумала, что совсем не против, чтобы распорядительницей стала Глая, а я буду при ней, стать личной помощницей распорядительницы тоже очень и очень неплохо, по крайней мере, сыта, одета, обута, рук марать не требуется. Что ещё нужно?

- Девушку Лорду-Принцу подарили, когда он отпраздновал своё взросление, но она жила на женской половине дворца Лорда-Повелителя, то есть была никем, обычная наложница на особом положении.

- И? – спросила я, полностью сосредотачиваясь на объяснениях Глаи.

- Теперь Лорд-Принц переезжает в Малый дворец. Ему подарят новых наложниц, собственных служанок, евнухов.

- И? – я всё ещё не схватывала сути.

- Первая наложница только сейчас станет Хозяйкой. Она будет выбирать распорядительницу из привезённых неизвестных ей девушек. Это шанс! Не нужно пробиваться наверх, когда у каждого своя кормушка, бороться одной против всех. Условия для всех будут сейчас равны.

Я дала себе слово, что научусь разбираться во всех хитросплетениях отношений не хуже Глаи. Впрочем, кое-что в её словах меня беспокоило. Хозяйкой дома становится та, кого укажет лорд. Вот у нашего уже бывшего господина всем заведовала сестра. Чаще всего хозяйкой назначают мать или женщину, подарившую первенца. Получается, что пока сына у первой наложницы нет, её могут опередить другие девушки. Глая, когда я озвучила свои сомнения, лишь пожала плечами:

- Если девочка была достаточно умна, чтобы суметь стать первой, то она не позволит другой занять её место.

У меня подобной уверенности не было, но продолжать разговор не хотелось. Я привстала и попыталась выглянуть в окно. За решёткой почти ничего не рассмотреть. Кажется, зря я мечтала увидеть улицу. Меня ждут годы в Малом дворце и один единственный, последний переезд в такой же закрытой кибитке, когда Лорду-Принцу придёт время занять трон.

- Диаль, - негромко позвала Глая, - Когда мы приедем, никто не должен знать, что мы знакомы. Пусть думают, что нас вместе привезли и всё. Ударят по одной, вторая поможет, а если остальные сразу узнают, что мы вместе, бить будут по обеим разом. Это понятно?

- Да, - согласилась я, плохого Глая не посоветует, убедилась уже.

- Если нужно поговорить, осторожно наступи мне на ногу, юбка длинная, получится незаметно. Я сделаю также. Срочно предупредить об опасности – ущипнуть.

Оставшуюся часть дороги я дремала. Страха как такового не было, скорее безразличие, приправленное уверенностью Глаи. Во двор Малого дворца нас привели к вечеру. Спасибо Эйре, дала еды. Я вышла из повозки уставшая, хотелось вымыться и лечь спать. К нам тотчас подскочили двое: евнух обратился к сопровождавшему нас мужчине, а мальчик махнул рукой, предлагая следовать за ним.

Нас привели в большой зал, где на лавках вдоль стен сидело десятка два девушек. Все они разом посмотрели на нас с Глаей. Я попыталась улыбнуться, Глая же огляделась и прошла к свободному месту. Помня её напутствие, я села у противоположной стены.

Было тихо. Все только оглядывали друг друга и молчали, а вдоль лавочек прогуливался ещё один евнух. Их Лорду-Принцу из Большого дворца отдавал Лорд-Повелитель, когда отправлял в самостоятельную жизнь. Делать было нечего, поэтому я решила поупражняться в поиске подоплёки.

Во дворце будет жить сам Лорд-Принц, его наложницы, служанки и евнухи. Самые несвободные – это наложницы. Им нет хода даже в прачечную и кладовку. Евнухи свободно ходят по всему дому. Кажется, это ответ на мой вопрос. Вот я уверена, что Лорд-Повелитель хочет знать, как проводит дни его наследник, следовательно, озаботился тем, кто за ним присмотрит и доложит. Хм, а если и наложниц, и служанок Лорду-Принцу дарят, то экономятся деньги в казне. Интересный расклад.

Я ещё раз оглядела тех, с кем буду жить бок о бок оставшуюся жизнь. Девочки как девочки. Молодые, некоторые красивые. Ни одна не выделялась, Глая в том числе. Дверь распахнулась, и в зал вошли ещё три девочки: низенькая пышечка с румяными щеками грузно шлёпнулась на ближайшую лавку, две сестры, настолько похожие, что их можно было бы принять за близняшек, если бы не очевидная разница в возрасте, старшенькой, думаю, было около двадцати, осмотрелись и спокойно сели рядом со мной.

И снова тоскливое ожидание неизвестно чего. Наверное, ждут, когда привезут всех. Евнух в очередной раз прошёл мимо меня, бросил полный недовольства взгляд на сестёр, которые обменялись парой шепотков. Неприятное ощущение. Дверь повторно открылась, и на пороге появилась ещё одна будущая служанка.

Евнух оживился, дважды хлопнул в ладоши, привлекая наше внимание.

- Встали, построились одна за другой и следуем за мной в купальни. Вы должны быть чисты не только душой, но и телом. Всем ясно?

Ответа не требовалось, только кивок и выполнение приказа. Я оказалась ближе к началу выстраивающейся цепочки, Глая где-то в середине. Евнух прошёл вдоль нашего ряда:

- Как вы стоите?! Голова опущена! Вы откуда? Не можете нормально стоять. Как вы будете работать?

Обращался он сразу ко всем.

- Лишить бы вас за такое ужина, Храм заповедует нам быть милостивыми….

Как я поняла днём позже, милость была проявлена исключительно по той причине, что Малый дворец находился в запустении, его требовалось срочно отмыть и привести в порядок. Слабые от голода служанки совсем не те, кто с этой работой справится, ведь многим в дорогу провизии не дали, да и ехали некоторые гораздо дольше нас с Глаей.

Около купален евнух остановился.

- Когда закончите, идите по этому коридору до конца, поворот направо.

И ушёл в названном направлении.

В первом зале купален следовало взять из стопки простынь, снять одежду и замотаться в неё, вещи полагалось оставить здесь, а самим идти внутрь. Купальня как купальня: лавки, чаны с горячей водой, от которой валит пар, ковши, мочалки, несколько ящиков с недорогими маслами и прочими протирками.

Стоило нам остаться одним, сёстры тотчас стали обмениваться впечатлениями, но тихо, расслышать, что они говорили, не получалось. Остальные девушки держались настороженно, знакомиться не спешили. Впрочем, на это у нас вся жизнь, успеем. Я заметила, что Глая уже в мыльной пене, трёт себя мочалкой, похоже, она торопилась. Да, тянуть не стоит.

Я быстро управилась, вздохнула, поскольку надевать пришлось то самое платье, в котором ехала. Другого у меня просто не было, хорошо, что не запачкала в дороге. Готова, если не считать, что волосы ещё влажные, промокала их полотенцем, тёрла, влага оставалась. И ладно. Когда мы сюда шли, холодно не было, а выходить с такими волосами никто не запрещает, главное, что бы с них не текло. Я подобрала свой узелок и быстро пошла в указанном направлении, повернула направо и оказалась то ли в маленькой комнатке, то ли в огромной нише.

Евнух сидел на подушках, перед ним стоял поднос с фруктами, сладостями, в руках он держал чашку. Я постаралась встать, как учили: спина ровная, голова низко опущена, руки вдоль тела.

- Посмотри на меня, - приказал он.

Я подняла голову.

- Хм, страшненькая, чистенькая, исполнительная. Имя?

- Диаль.

Рядом со мной появился мальчишка, шмыгнул из-за спины, я чуть не вздрогнула.

- Наконец-то, - проворчал евнух, - проводи Диаль ужинать.

Пока я кланялась, пятилась и выходила обратно в коридор, мальчонка успел убежать вперёд и теперь стоял и ждал меня, замахал руками, поторапливая. Я заспешила и дорогу толком не запомнила. Мальчик привёл меня в очередной зал. На полу расставлены огромные подносы с едой, вокруг которых уже сидели девушки. Я подошла к той самой розовощёкой пышке. Я удивилась, что она меня опередила, впрочем, много ли я знаю о привезённых Лорду-Принцу девушках? Вот-вот. Мельком оглядела сидящих. Глая была полностью сосредоточена на еде, ни на кого не смотрела. Обычно она так замыкалась, когда что-то напряжённо обдумывала.

Евнух появился через час с лишним, мне так казалось. Убедившись, что все сыты, он приказал следовать за ним. Я пошла в первых рядах и с удивлением отметила, что Глая постаралась быть поближе ко мне, встала за мной через двух девушек. С чего бы? Ответ оказался и прост и сложен.

Евнух привёл нас к нашим спальням. Такие же, как в доме господина, только больше по размеру. В каждой комнате по десять матрасов. Благодаря тому, что Глая стояла почти рядом, нас заселили в одну спальню. Впрочем, сказать что-нибудь Глая не дала, прошмыгнула к дальнему месту, сгрузила свой узелок в ларец, сбросила платье, натянула ночнушку и зарылась под одеяло.

Сложным ответ было потому, что я не могла понять, как Глая узнала, что нас ждёт. Возможно, она просто знала, как обычно поступают хозяева, когда в дом привозят нескольких новеньких одновременно.

Глая не любила о себе говорить, только упомянула, что её мать тоже была служанкой, которую господин удостоил великой милости: он выдал её замуж. Величайшая редкость. Обычно служанки работали в доме до глубокой старости, пока могли, потом тихо умирали, забытые, никому не нужные. Замуж их отдавать было не принято.

Утром нас разбудили ни свет ни заря, накормили, выдали платья тёмных цветов, к ним фартуки, и весь день мы отмывали Малый дворец. Для себя я поняла, что это шанс узнать место, где я нахожусь, поэтому предложила убиравшейся рядом со мной девушке, что поменяю воду не только в своём ведре, но в её. Она согласилась. Другая девица бросила на мою соседку завистливый взгляд, и я пообещала, что и ей поменяю, если нам разрешат.

Евнух воспользовался ситуацией по-своему. Он распорядился, чтобы я помогала с водой, тряпками, мылом и прочим необходимым только тем, кто хорошо работает, пока я для них бегала, они получали минуты отдыха.

На день я превратилась в девочку на побегушках. Наградой мне было то, что я запомнила расположение основных помещений, узнала, куда ведут центральные коридоры, стала хорошо ориентироваться в кладовых и прачечной. Правда, ноги болели к концу дня, спина, а руки просто ломило. Вёдер я натаскалась на всю жизнь вперёд.

Вечером после ужина до купальни я шла с трудом. Вошла в первый зал не глядя, подцепила простынку из стопки.

- Что ты творишь? – зашипели над ухом.

Я вздрогнула, обернулась. Надо мной возвышалась Глая с очень недовольным выражением на лице.

- Зачем тебе понадобилось привлекать всеобщее внимание?

- Я хотела дворец посмотреть.

Глая поджала губы, помолчала и, наконец, сказала:

- А я тебя недооценила. Молодец. Только прежде чем высовываться, следовало вспомнить, что завтра прибывает Хозяйка, которая будет выбирать распорядительницу. Считаешь, нужна ей выскочка? Вот я думаю, что выскочка никому не нужна.

Глая вздохнула и поспешила прочь из купальни, а я наоборот пошла мыться. Думать прямо сейчас над тем, что сказала Глая, сил не было. Завтра посмотрим. К тому же встречи с Хозяйкой я не боялась. В конце концов, в отличие от большинства, у меня не один шанс, а сразу два, за меня и за Глаю.

Следующий день был не менее утомителен. Сразу после завтрака нас выстроили вдоль стен в главном зале женской половины дворца. Я уже привычно стояла ближе к началу веренице, Глая встала предпоследней. Вероятно, всё сейчас и решится.

Девочки шептались, что первая наложница Лорда-Принца прибыла ночью. Именно она становится Хозяйкой Малого дворца, а сейчас она выберет распорядительницу. Вот мы и стояли ровной линией, головы опущены, руки вытянуты вдоль тела, а Хозяйка всё не шла. Ноги у меня начали ныть. Хотелось если не сесть, то хоть пошевелиться, но я терпела. За столь явную демонстрацию неуважения к госпоже выпорят и прогонят на ту самую улицу, о которой я мечтала, и ждёт меня там смерть от голода в лучшем случае, потому как не знаю я, что происходит на улице с женщиной, лишённой защиты мужчины.

Двери распахнулись внезапно. Вошла хозяйка. Я ещё ниже склонила голову. Видеть я могла только свой подол, зато отлично слышала её лёгкие шаги. А следом за ней шёл кто-то ещё. Наверняка евнух.

И тут меня осенило. Именно евнухов прислал Лорд-Повелитель, они верны ему, обучены и именно они будут поначалу всем заправлять на самом деле. Или первая наложница? Слишком она особенная, можно сказать, волшебная.

Лучше родиться последней беднячкой в Тайтиссе, чем быть как она. А мне в жизни несказанно повезло: я дочь лорда, и пусть я стала не женой, а служанкой, моё имя с рождения вписано в храмовую книгу. Когда я умру, моя душа отлетит в Небесный храм, и её спросят:

- Имя?

- Диаль.

А когда отлетит душа наложницы, её у входа в Небесный храм тоже спросят:

- Имя?

Она ответит, но её имени нет в списках, её изгонят, душа истает на ветру. Мне определённо повезло.

Хозяйка уже прошла до конца вперёд и возвращалась. Иногда она останавливалась, потом снова шла. Около меня она приостановилась, но ничего ни приказала, не спросила, не велела поднять головы. Наверное, не заинтересовалась и снова шаг, лёгкий, невесомый. Надеюсь, Глае повезёт больше.

- Комнаты, - заговорила госпожа, - Комнаты, в которых мне предстоит жить, в ужасном состоянии. Надеюсь, такой толпой вы быстро приведёте всё в порядок. Бегом.

О нет, опять драить, мыть скрести, вытрясать пыль. Хозяйка удалилась, за ней последовал сопровождавший её евнух, а тот, что руководил нами, скомандовал идти за тряпками, вёдрами и швабрами, если госпожа захочет, чтобы потолок и стены также были отмыты. Гуськом последовали за ним. Голова у наложницы работает, хочет сначала посмотреть на нас в деле, потом принять решение. Ни одна из нас ей не конкурентка. Лорд-Повелитель и его наследники не женятся, детей им рожают наложницы, а мы, служанки, все родились в Тейтиссе, наши имена записаны в храмовую книгу, с нами провести ночь без свадьбы нельзя, так что ей беспокоиться незачем. Вот когда привезут других наложниц, начнётся настоящая борьба.

Я лихорадочно пыталась сообразить, как себя вести. Я уже усвоила, что «отмою грязь лучше всех» не работает. В комнаты Хозяйки я зашла одной из первых. Она стояла у зарешёченного окна, к нам лицом. Комната почти ничем не отличалась от остальных: чуть просторней, да и только. Ковры на полу, в центре жаровня, ниши в стенах, широкая лавка у стены, сундуки, по полу разбросаны подушки, как огромные, так и совсем небольшие.

Мы столпились у входа, не решаясь приблизиться. Я украдкой рассматривала эту женщину. Старше меня года на три-четыре, черноволосая, брови вразлёт, губы пухлые, глаза карие. Фигура у неё ладная, в меру округлая, стройная. Аж завидно.

- Приступайте, - скомандовала она.

Кто-то рядом со мной сделал неуверенное движение вперёд, я ещё стояла, пытаясь собраться с мыслями, и тут Хозяйка спросила:

- Эй, ты куда?

Я не удержалась и слегка обернулась, впрочем слюбопытничали почти все. Глая, согнувшись в поклоне, отступала к дверям. При окрике, она, разумеется, замера.

- Госпожа, простите. Вы распорядились приступать. Я хотела выставить в коридор ведро с водой и по вашему указанию начать… собирать все подушки и накидки, чтобы они не пострадали при мытье стен, потолка, пола.

- Да, так и сделайте.

Похоже, наложница слабо представляет, как убираются. Учитывая, как они попадают в Тейтисс, это не удивительно. Глая склонилась ещё ниже, попятилась, мы вслед за ней. А говорила, что выскочек никто не любит. Хотя… разница очевидна. Она старалась лучше выполнить приказ Хозяйке, я выделилась ради собственного желания посмотреть дворец.

Это сейчас, кстати, и сыграло против меня. евнух, ткнув в меня пальцем, сказал:

- Она вчера вызвалась всё относить-приносить, и неплохо справлялась, пусть займётся.

- Пусть, - согласилась Хозяйка, и тут же с интересом уточнила, - Сама вызвалась?

- Сама, - подтвердил евнух.

Хозяйка между тем опустилась на лавку, приготовилась смотреть. Работа закипела. Я сосредоточилась на своих обязанностях, прикидывая, чем мне грозит то, что евнух обратил внимание госпожи на меня. В какой-то момент я обежала взглядом комнату. Глаи нигде не было.

Я раздала тряпки, забрала одно из вёдер, чтобы сменить в нём воду. На выходе из комнаты я столкнулась с Глаей. Она несла поднос, на котором стоял графин с соком, лежали фрукты, сладости, небольшие пресные хлебцы, орехи. Глая подмигнула мне и направилась к госпоже. Я выставила ведро в коридор, подхватила стоявшее там ведро с чистой водой. Я хочу видеть, что сейчас будет.

Глая приблизилась к госпоже, опустила голову ещё ниже, сделала последний шаг и села на пол на колени, поднос она не стала ставить на лавку, а держала в руках. Я бы долго в такой позе на выдержала, но Глаю подобные мелочи не смущали. У неё с госпожой начался тихий разговор.

Я вышла в коридор с очередным ведром, на сей раз пришлось идти менять воду и прихватить второе, оставленное в коридоре. Увиденное я должна обдумать. Глая рискнула. Что в итоге? Не знаю, но поражения девочки ей не простят. Когда я вернулась, картинка поменялась. Глая по-прежнему сидела у ног госпожи, но поднос теперь стоял на лавке, а Глая рассказывала госпоже что-то интересное, поскольку та слушала очень внимательно. Госпожа бросала короткие взгляды то на одну девушку, то на другую, что-то уточняла. Поняла, Глая пересказывает сплетни.

Кажется, я знаю, кто будет распорядительницей. Хозяйке нужно знать, что происходит в доме, а Глая доказала, что будет приносить ей все необходимые сведения. Я сосредоточилась на работе.

Порадовать автора:)

  • Номер кошелька ВебМани
    R288365195871

  • Номер карты Сбербанка
    4276880111726075


  • Контакты

  • Нелли Видина: nelly-vidina@yandex.ru
  • Админ сайта: admin@nelly-vidina.ru
  • Группа Вконтакте
  • Страничка на Фейсбуке


  • Новостная рассылка

    Чтобы всегда быть в курсе новинок, вы можете подписаться на новостную рассылку. Для этого отправьте письмо на news@nelly-vidina.ru, в теме письма указать "Подписка на рассылку"


    Подразделы

    © Copyright - Нелли Видина
    E-mail: admin@nelly-vidina.ru